|
Искусство знать будущее.
Научные методы прогнозирования Будущего и выяснения Парадоксов Прошлого. |
 |
|
Искусство знать будущее.
Научные методы прогнозирования Будущего и выяснения Парадоксов Прошлого. |
|
 | Содержание |  |
Люди всегда хотели знать БУДУЩЕЕ!
А. Полюх "2013 год. Воспоминания о будущем"
Поздним слякотным вечером сцепка из двух трамвайных вагонов следовала по
маршруту в районе Сокольников. В переднем вагоне находились всего трое пассажиров
- пожилая женщина, молодой человек в кожаном «металлическом прикиде» лет
двадцати и пьяненький дядя лет за сорок, по внешнему виду – типичный «работяга».
Пьяненький «работяга» в очередной раз провозгласил на весь вагон:
- Все – козлы! Куда податься хорошему человеку?!
В ответ «металлист» презрительно посоветовал:
- В вытрезвитель!
А пожилая женщина осуждающе поджала губы и покачала головой.
Пьяненький дядя немедленно прореагировал на реплику попутчика и пытался подняться со своего места:
- Че ты там промычал?!
В этот момент трамвай встряхнуло на стрелке, и забияка неуклюже шлепнулся назад на свое сидение.
- Мужик, ехай домой, - ухмыляясь, посоветовал «металлист», - А то точно в вытрезвителе ночевать будешь.
«Работяга», наградив «металлиста» уничтожающим, как ему представлялось,
взглядом, вновь провозгласил на весь вагон:
- Все – козлы!
После чего, он персонально добавил по адресу «металлиста»:
- И ты тоже козел, щенок!
В этот момент трамвай остановился, а из динамика донесся голос
вагоновожатой:
- Остановка «Краснобогатырская»!
А пьяненький дядя сам себе сообщил:
- Моя.
После чего он поднялся со своего места и двинулся по направлению к передним дверям.
Поднялась со своего места и пожилая женщина, но направилась к задним дверям,
чтобы не выходить вместе с пьяным.
Сцепка из двух трамвайных вагонов остановилась на трамвайной остановке,
входные двери трамвайных вагонов открылись, и из переднего вагона вышли
пожилая женщина и пьяненький «работяга». Пожилая женщина – из задних дверей,
а «работяга» - из передних.
Пожилая женщина торопливо засеменила своей дорогой, опасливо поглядывая на
пьяного, который, покачиваясь, стоял рядом с трамвайным вагоном.
Входные двери сцепки из двух трамвайных вагонов закрылись, и трамвайная
сцепка тронулась с места. В этот момент «работяга» неуклюже поскользнулся на
слякотном асфальте, и как подрубленный упал под задние колеса последнего вагона
трамвайной сцепки.
Лужа на трамвайной остановке немедленно побагровела от крови, а к ногам пожилой женщины с деревянным стуком подкатилась голова незадачливого «работяги».
Пожилая женщина завизжала дурным голосом.
Возницын и Рындичевич коротали вечер в своей московской квартире. Они находились в комнате, которую занимал Рындя и смотрели телевизор.
Чемпион викторин взял в руки газету с телепрограммой, быстренько ее просмотрел, потом, бросив недовольный взгляд на часы и нарочито зевая, сказал своему соседу:
- Половина двенадцатого, пора в люлю.
- Что ты, через пятнадцать минут начнут показывать фильм Феллини «И корабль плывет», - немедля возразил ему Возницын, - Шедевр!
- Корабль пусть себе плывет, а нам завтра на работу надо идти, - тоже не остался в долгу чемпион викторин.
- Славик, сколько раз я тебе предлагал – давай поставим телевизор в моей комнате, - перевел спор телевизионных предпочтений на новый уровень бывший микроэлектронщик.
В этот момент зазвонил телефон и прервал разгорающуюся дискуссию.
Спорщики смолкли и вопросительно переглянулись. После чего, Возницын
прошел в прихожую, где стоил телефон, и снял трубку:
- Алло.
В телефонной трубке послышался голос Багрий-Багреева:
- Добрый вечер. Саша, это вы?
- Добрый вечер, Артур Викторович, это я, - отозвался Возницын, - Это я. Что-то случилось?
- Случилось. Кому-то из вас придется сейчас пойти в первый настоящий Заброс. Ты знаешь, где находится трамвайная остановка «Краснобогатырская» по одиннадцатому маршруту?
- Смутно. А что произошло, все-таки?
- Ладно, я сам заеду за вами минут через двадцать. Подробности при встрече.
Возницын положил трубку и возвратился в комнату Рындичевича.
Чемпион викторин, взглянув на озабоченное чело коллеги, прозорливо предположил:
- Наверное, сейчас у нас будет совсем другое кино?
- Точно, - подтвердил тот, - Только на работу мы поедем сейчас, а не завтра с утра, как ты предполагал.
Возле трамвайной остановки «Краснобогатырская» находилось милицейское
оцепление. За линией милицейского оцепления виднелись несколько спецавтомобилей
- микроавтобус «Скорой помощи», милицейские «Жигули» и большой автобус Экспериментального спецотдела МЧС с цельнометаллическими бортами без окон.
К линии милицейского оцепления подъехал «Москвич», из которого вышли Встречники во главе со своим шефом и направились к месту происшествия.
Багрий-Багреев представился милицейскому лейтенанту и врачу «Скорой помощи»,
которые находились рядом с тем местом, где незадачливому «работяге» отрезало
голову:
- Начальник Экспериментального спецотдела МЧС Багрий-Багреев, со мной мои люди.
Вас должны были предупредить о моих полномочиях.
- Так точно, - отозвался молоденький лейтенант, - Меня предупредили о полном и безусловном подчинении вам. Вы будете заниматься ликвидацией последствий инцидента.
Врач «Скорой помощи», немолодой мужчина с одутловатым лицом, с сарказмом
поинтересовался:
- Что же, вы его оживлять будете? Так это бесполезно – поверьте моему двадцатилетнему опыту. Отрезанная голова обратно не прирастает.
- Мы будем заниматься ликвидацией самого инцидента, - невозмутимо пояснил Багрий-Багреев, - Его, попросту, не случится.
Врач и лейтенант изумленно переглянулись.
- И какова наша роль в этой м-мм... операции? – спросил, тщательно подбирая слова, милицейский офицер.
- Вы уже установили причины инцидента? – уточнил начотдела.
- Так точно. По свидетельским показаниям очевидцев потерпевший был в состоянии
сильного алкогольного опьянения. Выйдя из трамвая, потерпевший не удержался на ногах и свалился прямо под колеса уже тронувшегося с места вагона. Предотвратить наезд не представлялось возможным.
Лейтенант пожал плечами и предусмотрительно добавил:
- Окончательное слово, конечно, за следствием.
- Понятно, - кивнул Багрий-Багреев, - Трамвай с пассажирами ушел дальше по линии?
- Никак нет, - сказал лейтенант, - Высадил пассажиров и ушел в парк.
- Сколько было этих пассажиров? – продолжил выяснять диспозицию начотдела.
- Человек семь, - ответил лейтенант.
Начотдела пробормотал себе под нос:
- Немного, это хорошо.
Потом он обратился к милицейскому лейтенанту и врачу:
- Ваша задача выполнена, товарищи. Прошу вас пройти в наш автобус, там вами займутся наши техники.
Лейтенант и врач безропотно направились к автобусу МЧС.
Возницын спросил у шефа:
- Что с ними будет дальше?
- Их усыпят – чтобы пресечь дальнейшее распространение нежелательной информации. Далее, когда один из вас все исправит, они забудут обо всем случившемся на этой остановке сегодняшней ночью.
Неподалеку от трамвайной остановки, прямо на большом травяном газоне, техники
заканчивали оборудование полотняного шатра – Стартовой Площадки Встречников.
- Кто из нас пойдет в Заброс? – поинтересовался Рындичевич, - Или опять вместе стартуем?
Багрий-Багреев вынул из кармана таблетки петойля и протянул их Возницыну.
- В Заброс пойдет он.
Бывший микроэлектронщик, принимая таблетки, растеряно спросил:
- Запить, наверное, нечем?
- Слюной приучайся запивать, - с завистливым злорадством прошептал на ухо коллеге Рындичевич и обиженно попросил у начальства, - Артур Викторович, разрешите хотя бы
со стороны понаблюдать за Стартом?
- Разрешаю, - не стал возражать начотдела.
Дождавшись, пока Возницын закончит всухую прием таблеток, Багрий-Багреев
перешел к изложению плана Заброса:
- Сейчас половина первого, несчастный случай произошел примерно в половину
одиннадцатого. Тебе, Саша, нужно переместиться на четыре часа назад, приехать на эту трамвайную остановку ранее жертвы инцидента, дождаться его и просто подстраховать, когда он будет выходить из вагона. После этого – Возвращение.
- Так просто? – скептически засомневался Рындя.
На это Багрий-Багреев энергично взмахнул рукой.
- Нечего здесь велосипед изобретать!
И более спокойно продолжил инструктаж Возницына.
- Какой у тебя «временной просвет» имеется в районе четырех часов назад?
- В ванной он убирался – его очередь была, - опять вклинился Рындичевич.
Петойль уже начал действовать, и Возницын видел и слышал все окружающее в
измененном виде.
Шеф раскатисто рокотал:
- Уборка может подождать! Значит, решено, Финиш Заброса – четыре часа назад, в вашей квартире!
Багрий-Багреев бросил взгляд в сторону Стартовой Площадки и громко спросил у
сооружающих ее техников:
- Площадка готова?!
Бывшему микроэлектронщику казалось, что голос начотдела напоминал раскаты
грома.
Из полотняного шатра отозвался бригадир техников:
- Готова, Артур Викторович!
Глядя вслед своему шефу, решившему лично проверить готовность Стартовой
Площадки, от движений которого в воздухе оставались яркие цветные полосы,
Возницын растерянно спросил:
- А «Зацепка» какая у меня будет?
Коллега подколодным змием прошелестел у него под ухом:
- Так тебе унитаз драить не придется.
Однако Возницыну голос Рынди больше напоминал голос Змея Горыныча.
- Кайф!
Вскоре Возницын в сопровождении техника вошел в полотняный купол Стартовой
Площадки.
Техник взял шприц наизготовку и ровным голосом проговорил:
- Инъекция отрешенности!
Встречник завернул рукав, техник сделал инъекцию и немедленно вышел
наружу.
«Инъекция отрешенности» начала действовать – исчезли краски и цвета,
и Возницын начал воспринимать световые волны разной длины.
Он подходит к пульту посредине Стартовой Площадки и окидывает взглядом
белые пластиковые экраны видеопроекторов на полотняных стенках шатра.
Из динамика послышался реверберирующий громоподобный голос шефа.
- Приготовились!
После чего он скомандовал словом-перевертышем «старт».
- !Тратс
Одновременно на экранах видеопроекторов начались демонстрироваться видеокадры,
специально для этого снятые техниками спецотдела. Из полотняного шатра Стартовой
Площадки, пятясь спинами, вышли Возницын и сопровождающий его техник. Так они
пропятились до Багрий-Багреева и Рындичевича, сопровождавших Возницына в Заброс.
Чемпион викторин прогрохотал:
- !Ахуп ин
Начотдела вторил Рынде.
- !Укдащолп юувотратс в
А на экранах видеопроекторов во все убыстряющемся темпе проходили в обратном
порядке кадры подготовки Возницына к Забросу.
С небольшой высоты можно было видеть, что подступы к трамвайной остановке
«Краснобогатырская» оцеплены подразделениями МЧС России. В центре оцепления
находятся – полотняный шатер Стартовой Площадки, служебный автобус
Экспериментального спецотдела Багрий-Багреева и еще несколько сотрудников МЧС.
Пестрая движущаяся лента на экранах Стартовой Площадки увеличилась в размерах
и начала обволакивать со всех сторон Возницына. Но вдруг эта пестрая движущаяся
лента сменилась необъятной черной пустотой ночного неба – огненные точки звезд,
мелькнул голубой шар Земли. Возницын вырвался из окружающего мира ограниченных
качеств на просторы Единого Бытия, и он теперь стал настоящим хозяином ленты-
-реки своей жизни. Мелькнули картины его рождения, детства, юности...
Багрий-Багреев и Рындичевич стояли около шатра Стартовой Площадки и ожидали
окончания процедуры Заброса.
Моросил противный мелкий дождик, окрестности окутывала липкая ночная темень, а
начотдела и его подчиненный напряженно следили за вспышками света и странными на слух словами-перевертышами, выплескивавшимися из щелей полотняного шатра.
Вскоре в шатре все погасло и стихло.
- Артур Викторович, можно я загляну внутрь? – обратился Рындя к начотдела.
- Можно.
Рындичевич вошел во внутрь Стартовой Площадки и осмотрелся.
Там было пусто – только пульт управления на уровне груди посередине помещения да
белые пластиковые экраны видеопроекторов на стенах и потолке.
- Чудеса, - пробормотал чемпион викторин и озабоченно вздохнул, - Где ты сейчас, Саня?
Возницын очутился в ванной комнате служебной квартиры Встречников со
специальной щеткой-ершиком и флаконом чистящего средства в руках и собирался
приступить к чистке унитаза. В ушах у него стоял странный не то гул, не то звон – но
уже потише, чем в первом учебном Забросе.
В голове у Встречника пронеслось:
- Я – в Забросе. Нужно немедленно приступать к выполнению задания.
Возницын с видимым удовольствием отложил в сторону щетку-ершик и флакон с чистящим средством.
Рындичевич находился в своей комнате и с увлечением следил за разворачивавшимся
на телевизионном экране очередным телешоу – не то «Поле Чудес», не то «Слабое
звено». Он с удивлением посмотрел на вышедшего из ванной комнаты коллегу и
поинтересовался:
- Что, уже закончил уборку?
- Славик, мне нужно срочно съездить по одному неотложному делу.
- А унитаз? – саркастически спросил чемпион викторин, - Я, что ли, его драить все
время должен?
Находящийся в Забросе Встречник туманно пообещал:
- Я попозже закончу уборку.
После чего он поспешно вышел в прихожую.
Вслед за Возницыным в прихожей появился Рындичевич.
- Саня, ты во время своей учебы в институте, наверное, в общаге не жил?
Возницын, поглощенный обдумыванием вариантов исполнения задания, не обратил внимания на многообещающий тон соседа, и легкомысленно ответил, зашнуровывая свои кроссовки:
- Я дома, в Киеве, учился.
- Оно и видно, - прошипел принципиальный коллега, - В общаге тебя живо бы научили правилам общежития.
Бывший микроэлектронщик удивленно поднял глаза от своих кроссовок:
- Каким это образом?
- Морду пару раз набили бы там! Быстро бы отучили грязную домашнюю работу на других сваливать!
Физиономия Рынди стала багровой, он, нагнув голову и широко расставив
ноги, с возмущением смотрел на своего соседа.
- Сначала закончи уборку, а потом – можешь валить на все четыре стороны!
В голове Возницына сквозь резко усилившийся не то гул, не то звон послышался
голос Багрий-Багреева:
- Встречник, находящийся в Забросе, категорически не имеет права раскрываться - поскольку это может привести к непредсказуемым последствиям.
После этого, Возницын почти умоляющим голосом произнес:
- Славик, ты что – забыл, где мы с тобой работаем?
- Причем здесь наша работа? – удивился Рындичевич.
Но тут же в его глазах мелькнуло понимание.
- Ну, хорошо, черт с тобой, иди.
Возницын закончил сборы и быстренько выпорхнул из квартиры.
В спину ему донеслось.
- Унитаз остался за тобой! Я к нему и пальцем не прикоснусь!
На трамвайной остановке «Краснобогатырская» остановился трамвай – из него
вышли несколько человек. Среди вышедших находился и Возницын. В отличие от
других пассажиров, спешивших далее по своим делам, находящийся в Забросе
Встречник укрылся от противного мелкого дождика под металлическим навесом
трамвайной остановки и принялся ждать.
Через некоторое время показалась злополучная сцепка из двух трамвайных
вагонов.
Возницын выбросил недокуренную сигарету и приготовился к дальнейшим
действиям.
Сцепка из двух вагонов остановилась напротив металлического навеса и
открыла двери. Из задних дверей переднего вагона вышла пожилая женщина и
быстро засеменила в сторону от остановки.
Из передних дверей переднего вагона, сильно покачиваясь, буквально вывалилась потенциальная жертва инцидента. Встречник молниеносно оказался рядом и крепко обхватил пьяненького «работягу» за талию.
Опешивший от неожиданности потенциальный кандидат на тот свет изумленно
прохрипел:
- Ты че?! Ты че?!
Между тем, у сцепки из двух трамвайных вагонов закрылись входные двери, и она
покатила далее по своему маршруту.
Встречник разжал свои объятия и довольно улыбнулся.
- Вот и все.
Спасенный пьяница, покачиваясь, с возмущением смотрел на своего незваного
спасителя.
- Ты че – в натуре пидор?!
И, резко размахнувшись, «работяга» ударил прямо в глаз неожидавшему такого
оборота Встречнику.
В голове Возницына взорвалась ослепительная вспышка. Не то гул, не то звон оборвался. Окрестности трамвайной остановки бешено закружились и слились в одну
сплошную пеструю линию. Эта пестрая линия увеличилась в размерах и обволокла Встречника, унося его прочь. Потом пропали цвета, и Возницын начал различать длину световых волн. Мелькнул голубой шар Земли, угольная бездна ночного неба, огоньки бесконечно далеких звезд. Пролетели картины его рождения, детства, юности... Возвращение!
Возницын сидел в кресле в комнате Рындичевича, который внимательно рассматривал его физиономию.
Левый глаз вернувшегося из Заброса Встречника уже начал заплывать.
- Неплохой фингал к утру получится, - резюмировал Рындя, - Как же это случилось?
Бывший микроэлектронщик неохотно поясняет:
- Да он решил, что я гомосексуалист.
- Ну, тогда все ясно – оплеуха от настоящего мужика, - подленько ухмыльнулся, - И это вместо слез благодарности и признательности.
- Будь добр, заткнись!
- Ладно, все, - примирительно поднял руки Рындичевич и добавляет, - Сейчас бодяги приготовлю – полечу тебя мальца. Не светить же тебе фингалом на все МЧС.
- А она у тебя есть?
- Обижаешь, я мужик хозяйственный, - ответил Рындичевич, копаясь в своих вещах.
Найдя все, что ему было нужно, чемпион викторин двинулся на кухню.
Возницын, покряхтывая, поднялся из кресла и включил телевизор. Там начинался
показ его любимого фильма – «И корабль плывет».
Из кухни выглянул Рындичевич.
- Травма не мешает? Может, полечимся и в люлю?
- Нет уж! – возмутился Возницын, - Считай, что это моя премия!
На следующее утро Возницын и Рындичевич появились в приемной перед кабинетом
Багрий-Багреева, направляясь с отчетом к своему начотделом.
Сидевшая в приемной личный секретарь шефа Лена поначалу ничего не заметила и
механически ответила на приветствия Встречников:
- Доброе утро, ребята.
Однако, приглядевшись, Лена увидела таки «производственную травму» Возницына,
которую не могла полностью скрыть бодяга, приготовленная чемпионом викторин, и участливо поинтересовалась:
- Саша, где это вас так угораздило?
Бывший микроэлектронщик густо покраснел и молча прошел к двери с табличкой
«Начальник Экспериментального отдела Багрий-Багреев А. В.»
- Бандитская пуля, - попытался сострить вместо засмущавшегося коллеги Рындичевич.
Реакция шефа Встречников оказалась несколько иной, чем у его секретаря. Он
несколько мгновений молча рассматривал физиономию Возницына, после чего
невозмутимо спросил:
- Это что, на бытовой почве?
Возницын горестно вздохнул:
- На служебной.
- Вот как? - выражение лица начотдела остается прежним, - Рассказывайте, Александр
Романович.
Они сидели за столом Багрий-Багреева. Шеф – во главе стола, его подчиненные –
на стульях по бокам.
Бывший микроэлектронщик еще раз вздохнул и начал рассказывать:
- Заброс прошел нормально. Прибыл на трамвайную остановку, дождался нужного трамвая, потом подстраховал вышедшего на остановке клиента...
На этом месте Встречник запнулся.
- И? – поднял брови начотдела.
- Артур Викторович, - не выдержав паузы, вмешался Рындичевич, - Дело в том, что
этот пьяница принял нашего Саню за гомосексуалиста, ну и врезал ему.
Несостоявшийся рыночный торговец уныло подтвердил:
- Именно все так и было, Артур Викторович. Ты че, говорит, пидор? И дал мне в глаз.
Шеф Встречников по-прежнему сохранял внешнее бесстрастие:
- Какой пассаж. Если вас, Саша, это утешит – ваш клиент тоже целым не остался. Уже
почти добравшись до своей квартиры – упал с лестничной площадки, разбил голову и получил сотрясение мозга средней тяжести. Сейчас находится в травматологии.
Возницын неуверенным тоном молвил:
- Ну, это все же лучше – чем в морге, без головы вообще.
- Согласен, лучше, - начотдела позволил себе улыбнуться, - Я хочу обратить ваше внимание на тот факт, что простейшая, на первый взгляд, операция по сохранению жизни потерпевшему в несложном инциденте завершилась неожиданными осложнениями.
А именно – небольшой травмой Встречника и средней тяжести увечьями у объекта
спасательной операции.
- Ну и что? – опять влез Рындя, - Таким типам, как клиент Сани, когда выпьют – море по колено. Хорошо, что хоть так закончилось.
Багрий-Багреев досадливо поморщился.
- Я не это имею в виду. Дело в том, что пытаясь изменить в процессе Заброса уже состоявшиеся события, вы сталкиваетесь с некоторыми противодействующими силами. И, прежде всего, с коллективным психологическим полем людей, наблюдавших, как нашему клиенту отрезало голову. Конечно, таких свидетелей немного – иначе вся операция потеряла бы смысл – но эти люди существуют. Стало быть, существует и психологическое поле коллективной убежденности – что так было. Когда я разрабатывал теоретические
основы Забросов, то решил, что этим слабым психполем можно будет пренебречь. Однако...
На столе зазвонил телефон. Начотдела оборвал начатую фразу и снял трубку:
- Экспериментальный спецотдел. Слушаю вас.
Рындичевич наклонился к Возницыну и тихо сказал ему на ухо:
- Я знаю – почему ты в глаз получил. И без всякого там психполя.
Возницын удивленно взглянул на коллегу и шепотом поинтересовался:
- Почему?
- Унитаз ты так и не драил, вот и заработал. Помнишь – о чем мы с тобой толковали перед твоим походом на трамвайную остановку?
Багрий-Багреев, выслушав невидимого собеседника, сказал в трубку:
- Я вас понял, постараемся помочь. От вас требуется только одно – сохранять произошедшее ЧП в тайне. Сколько времени сохранять? Ну, хотя бы в течении семи-восьми часов.
Начотдела положил трубку и обратился к подчиненным:
- Есть работа.
Трое мальчишек из прибрежного дачного поселка затеяли игру в «догонялки»
прямо посередине речного фарватера. Над Волгой понемногу сгущались вечерние сумерки, а мальчишки все дальше и дальше заплывали на открытый свободному
движению речных судов фарватер. Никто из них не хотел уступать друг другу.
Один из пловцов, крупный для своих одиннадцати лет мальчишка со светлой выгоревшей на солнце шевелюрой, вырывался вперед и задорно кричал отставшим
товарищам:
- Ну, че, дохляки?! Слабо?! А?! Слабо?!
Двое его товарищей яростно работали ногами и руками, пытаясь догнать хвастливого
лидера.
- Погодь, Гаврюха! – кричал ему второй мальчик, - Щас!
Но Гаврюха заливается счастливым смехом и не позволяет сокращать разрыв.
Из-за речного поворота вынырнул большой пассажирский катер на подводных крыльях и помчался прямо на маленьких пловцов.
Третий из мальчишек, первым заметивший приближающуюся опасность, закричал:
- Пацаны! Атас! «Комета»!
Все трое немедленно повернули к берегу – прочь с речного фарватера. В суматохе
и спешке, те двое мальчиков, что были ближе к берегу, не видели, что произошло с их
товарищем.
В сумерках капитан «Кометы» тоже не заметил в серых волжских волнах белую
головку неосторожного пловца.
Махина тяжелого речного судна даже и не почувствовала на семидесятикилометровой
скорости, как ее подводное крыло, заостренное спереди под нож, рассекло тело мальчика.
Когда «Комета» скрылась из виду, один из мальчиков обратился к своему
напарнику:
- Андрюш, что-то Гаврюшки не видать?
Мальчики завертелись на месте, усиленно бултыхая под водой ногами и стараясь как
можно выше приподняться над водной поверхностью, дабы разглядеть в быстро густеющих сумерках внезапно исчезнувшего товарища.
- Гаврюха! Да откликнись же ты! – кричал один из них во все стороны.
- Да кончай дурака валять! – вторил ему другой мальчик.
Они не видели, что на том месте, где прошла «Комета», в мутноватой волжской
воде, в алом кровавом облаке, медленно плыли по течению половинки тела незадачливого пловца.
Один из мальчиков чуть не плача спросил у товарища:
- Что теперь делать будем?! К его родителям побежим?!
- Давай на спасательную станцию! – ответил тот, - Авось все обойдется, а его родители ничего и не узнают!
- Вобщем, пацаны прибежали на водную станцию, информация попала в местное отделение МЧС, а те немедленно сообщили нам, - закончил свой рассказ Багрий-Багреев, вынул из ящика своего стола таблетки петойля и протянул их Рындичевичу, - Ну, что, Святослав свет Иванович, пришла и твоя очередь.
- Всегда готов, солидно прогудел в ответ чемпион викторин, взял в горсть четыре таблетки и одним махом забросил их в рот, с видимым усилием проглотил и уже сдавленным голосом уточнил:
- Какова наша диспозиция?
- Сделаешь Заброс на сутки назад, - предложил начотдела, - Под благовидным предлогом отпросишься с работы, потом на Ярославский вокзал – электричкой до Ярославля и пригородным автобусом до дачного поселка. Покупаешься, позагораешь на тамошнем пляже – когда же пацаны поплывут на фарватер, залезешь в воду и выгонишь их на берег. Задача ясна?
- Ясно, - кивнул Рындичевич и протянул руку в просительном жесте, - Прошу проездные и командировочные. В Ярославль съездить – не в Сокольники на трамвайную остановку.
Багрий-Багреев скептически хмыкнул, но полез в карман за бумажником:
- Основательный ты мужчина, Святослав Иванович.
- На том и стоим, солидно молвил Рындя, принимая деньги от шефа.
Петойль уже начал действовать, и Рындичевич видел окружающий его мир в
великолепном световом ореоле и с реверберирующими звуками.
Начотдела раскатисто грохотал:
- Пройдемся еще раз! У тебя есть «окно» для Заброса?!
- Есть, - ответил Рындичевич, - Вчера мы весь день тренировались
с Возницыным. Одной тренировкой больше, одной меньше.
Шеф Встречников продолжал грохотать:
- Какая у тебя «Зацепка» для Заброса?!
Идущий в Заброс Встречник лишь на мгновение задумался:
- Я же на пляж загорать еду, да еще в рабочий день. Очень даже неплохая «Зацепка»!
Рындичевич стоял перед пультом под полотняным куполом Стартовой Площадки.
Из динамиков донесся искаженный петойлем голос начотдела.
- Приготовится!
И обратной речью.
- Тратс!
На пластиковых экранах видеопроекторов пошли видеокадры, специально
подготовленные техниками Экспериментального спецотдела. Из полотняного шатра
Стартовой Площадки, пятясь спиной, вышел сам Рындичевич и направился к рабочему столу Багрий-Багреева. Там начотдела в обратной порядке произвел идущему в
Заброс Встречнику «инъекцию отрешенности», сказав ему после этого словами перевертышами:
- !Кинчертсв, вакур йавичаравз
Во все убыстряющемся темпе на экранах видеопроекторов в обратном порядке
проходили кадры подготовки к Забросу. Вскоре эти кадры начали сливаться в
сплошную пеструю ленту. Эта пестрая движущаяся лента увеличилась и начала
обволакивать со всех сторон Встречника. Вдруг все это сменилось бархатной чернотой
звездного неба – огненные точки звезд, голубой шар Земли. Рындичевич вырвался из окружающего его мира ограниченных качеств на просторы Единого Бытия, и стал настоящим хозяином ленты-реки свой жизни. Мелькнули картины его рождения, детства,
юности... Финиш Заброса!
Рындичевич стоял перед окном служебного помещения Встречников и смотрел на обыденную картину городской жизни, протекающей за окном здания МЧС.
В ушах у него стоял странный не то гул, не то звон. Но визуальная картина окружающей
действительности была достаточно устойчива.
За спиной Рындичевича хлопнула дверь, и послышался голос Возницына.
- Славик, еще потренируемся?
В голове Рындичевича пронеслось:
- Ну, с богом!
А вслух находящийся в Забросе Встречник сказал:
- Саня, мне тут позвонили – знакомая из моей деревни проездом в Москве. Так я
хочу кое-какие гостинцы жене подкупить и передать с ней.
- Ты что – знакомым служебные телефоны раздаешь? – удивился Возницын, - Это же запрещено. Забыл, что ли?
- Прокол! – досадливо проносится в голове Рындичевича.
Но вслух он сказал:
- Да я оговорился – это я ей позвонил в гостиницу. Мы еще вчера с ней созвонились,
когда ты за хлебом в булочную бегал.
- Ну, тогда попробуй, сходи к шефу, - предложил коллега, - Может быть, и отпустит.
Начотдела, выслушав просьбу находящегося в Забросе Встречника, скептически
заметил:
- Приобретаем все пороки бюрократического учреждения – в рабочее время по магазинам начинаем ходить.
- Вот чертяка, Задунайский-Дьяволов! - непочтительно подумал о начальстве чемпион викторин, - Сам же советовал отпроситься с работы!
Но вслух просительно произнес:
- Артур Викторович, хочется жену гостинцами столичными порадовать. Разрешите, а?
Начотдела весело поинтересовался:
- Неужели вы у нас так много зарабатываете – что еще остается на гостинцы?
- Как же, остается! – про себя передразнил начальство Встречник, а вслух ответил с разумной скромностью, - Хватает, Артур Викторович.
Багрий-Багреев зашел с другого бока.
- Вдруг срочный Заброс? А вы жене гостинцы отсылаете.
- Во дает – а?! – пронеслось в голове Рындичевич, но после коротенькой паузы он рассудительно заметил, - Во-первых, в отделе остается Возницын, а во-вторых, не будет никакого срочного Заброса.
Багрий-Багреев удивился:
- Откуда вы это знаете?
- Знаю, - посмотрел начальству прямо глаза Рындя.
Багрий-Багреев сдался.
- Хорошо, идите. Двух часов вам хватит?
Рындичевич внешне беспечно согласился:
- Вполне.
А про себя с ужасом подумал:
- Господи, что же я говорю?! Какие два часа?! Я уезжаю в Ярославль до конца дня! Уволят меня из нашей конторы в два счета!
Находящийся в Забросе Встречник, одолеваемый нехорошими предчувствиями,
покинул кабинет начотделом.
Багрий-Багреев озадаченно посмотрел вслед своему подчиненному и вдруг понимающе
улыбнулся.
Рындичевич вышел из здания Ярославского вокзала, направляясь на одну из платформ пригородных электричек, где стоял поезд, отбывавший на Ярославль. Но он вдруг обратил внимание на небольшой стихийный рынок неподалеку от платформ.
В руках одной из торговок на этом стихийном рынке находилась связка чрезвычайно
аппетитных вяленых лещей.
Находящийся в Забросе Встречник остановился и подумал:
- Работа – работой, а радости жизни должны случаться своим чередом.
И он решительно направился к торговке со связкой вяленых лещей в руках.
Рындичевич появился на пляже, где вскоре должны объявится его подопечные,
отягощенный несколькими бутылками пива и парочкой вяленых лещей. Он выбрал место поудобнее, разделся, отнес на кромку пляжа и закапал в песок на линии
прибоя бутылки с пивом (чтобы охладились получше), после чего полез в Волгу и с
наслаждением искупался.
Закончив с купанием, находящийся в Забросе Встречник, не забывающий о радостях
жизни, откопал охладившиеся бутылки с пивом и принялся за лещей.
Когда с пивом и рыбой уже покончено, на пляже появились те самые мальчишки, которых ждал Встречник. Они быстро разделись и немедля бросились в воду, совершенно не подозревая о предстоящей трагедии.
Будущая жертва задорно кричала своим товарищам:
- Поплыли на фарватер! Догоняй – дохляки!
И споро поплыл от берега.
Двое других шалунов галдя, бросились вслед за Гаврюхой.
- Лови Гаврюшку!
- Лови!
Рындичевич, не спеша, поднялся с песка, с удовольствием потянулся и, встряхнув с
себя остатки рыбьей чешуи, полез в воду. Затем он быстро нагнал неосторожных
купальщиков и крикнул им:
- А ну, пацаны, давай на берег!
Мальчишки удивленно оглянулись на неизвестно откуда взявшегося командира.
- С какой стати?!
- Вы че, дядя, водки перепили?!
- Давай на берег! Без разговоров! – прямо таки прорычал в ответ Рындичевич
Мальчишки попробовали было оторваться от странного мужика, разом поплыв в разные стороны. Но Встречник не позволил им осуществить задуманное, согнал их как овец в кучку и начал теснить к берегу.
Беспечные купальщики активно возмущались.
- Дядя, чего вы к нам пристали?!
- Че, вам делать нечего?!
Рындичевич коротко выдыхал в такт гребкам:
- На берег, сопляки! Это же фарватер! То «Комета», то «Ракета»!
- Да мы местные, дядя!
- Сколько раз здесь купались, и ничего!
- Греби, греби, местные!
Так они добирались до берега. Выгнав мальчишек из воды, Встречник объявил им:
- Значит так, одеваться и быстренько домой! Если кто опять полезет в воду - уши оборву!
И, считая свою миссию в основном выполненной, неоднократный победитель викторин повернулся к спасенным шалунам спиной, собираясь возвратиться к своему месту на пляже.
У него из-за спины донесся ломкий голосок потенциальной жертвы инцидента.
- Пацаны, так он же – сексуальный маньяк!
Изумленный Рындичевич обернулся к своим подопечным:
- Чего?!
- Чего, чего, - передразнил его Гаврюха, - Вы, дядя, наверное, этот, гомо... как его – хомо...
- Гомосексуалист, - подсказал Гаврюшке его товарищ.
- Ага, он, - поддакнул третий мальчик, - И сексуальный маньяк – вам маленькие мальчики нравятся.
Остолбеневший Рындичевич, раскрыв рот, молча смотрел на наглых и развращенных
современной маскультурой отроков.
В какой-то момент Заброса в глазах Встречника картинка окружающей действительности сильно дернулась и началась как бы разворачиваться в обратном направлении – пацаны попятились спинами назад в воду.
Рындичевич встряхнул головой и усилием воли взял себя в руки. В голове у него
пронеслось:
- Ситуация не должна выйти из-под контроля. Немедленно успокойся.
Однако спокойствие в подобных ситуациях не являлось отличительной чертой
чемпиона викторин. И, поэтому, восстановление контроля над ситуацией пошло
у него соответствующим его натуре способом. Он подошел к своему месту на пляже и взялся за свои брюки.
Наглый Гаврюха, неверно истолковав намерения непрошенного спасателя, прямо-
-таки засиял от удовлетворения.
- Вот, правильно. Идите, дядя, своей дорогой, а мы – своей.
А его дружок прибавил:
- А то мы кричать будем.
После чего Гаврюха обратился к товарищам:
- Давай снова в воду?
Рындичевич, склонившийся над своими брюками, резко распрямился – в руках
у него оказался брючный ремень, и молнией бросился в сторону пацанов. У тех в мгновение ока сдуло с лиц довольные ухмылки, и они с визгом бросились в рассыпную.
Но Рындичевичу был нужен только один Гаврюха - он сгреб мальчишку в охапку,
зажал его голову между колен и остервенением взмахнул ремнем.
Неблагодарная потенциальная жертва визжала и плакала, получая по мокрым ягодицам удары кожаным ремнем:
- Дядечка, не надо! Отпустите, я больше не буду!
Обозленный Встречник выдыхал в такт ударам:
- Маньяк, говоришь! Не суйся в воду, не суйся в воду!
Дружки Гаврюшки во весь опор неслись в дачный поселок, испуганно оглядываясь на бегу.
Внезапно Рындичевич почувствовал, что не то гул, не то звон, все время сопровождавший его пребывание в Забросе, начал быстро ослабевать. Пляж и его окрестности стали кружиться – все быстрее и быстрее, вскоре слились в одну сплошную пеструю ленту. Эта сплошная пестрая лента увеличилась в размерах, обволокла Встречника и понесла его прочь. Потом пропали цвета, и Рындичевич начал различать длину световых волн, разверзлось угольно-черное ночное небо – огоньки далеких звезд, мелькнул голубой шар Земли. Быстро пролетели картины рождения, детства, юности... Возвращение!
Рындичевич сидел на деревянной скамье в маленьком полупустом зале для судебных заседаний. Рядом с ним находились – Багрий-Багреев, Возницын и юрисконсульт МЧС.
Поодаль, через два ряда сидела маленькая женщина лет тридцати пяти, бросавшая время от времени грозные взгляды в сторону возвратившегося из Заброса Встречника.
Впереди, на специальном возвышении, восседала седая женщина-судья, которая
вела это судебное заседание.
Между скамьями для зрителей и участников судебного заседания и судебным столом находилась деревянная трибуна, за которой стоял адвокат, представляющий интересы маленькой женщины, и нудно зачитывавший исковое заявление в адрес сотрудника МЧС Рындичевича Святослава Ивановича:
- После того, как ответчик заставил выйти из воды потерпевшего и его товарищей, что само по себе и неплохо, так как они плавали по акватории волжского фарватера, что довольно опасно из-за частого прохождения по нему быстроходных теплоходов на подводных крыльях...
Возвратившийся из Заброса Встречник ошеломленно огляделся вокруг и подумал:
- Вот так Возвращение! Под суд попал!
Адвокат на деревянной трибуне продолжал монотонно бубнить:
- ... Ответчик принялся избивать потерпевшего при помощи своего кожаного ремня, что привело к получению потерпевшим легких телесных повреждений и сильной душевной травмы. Медицинская справка о снятии побоев прилагается. На основании вышеизложенного, сторона истицы выдвигает претензии к стороне ответчика о компенсации физических и моральных страданий в размере семьсот тысяч рублей.
У ошеломленного Рындичевича непроизвольно вырвалось:
- Ого! Что, задница этого пацана – из хрусталя? И какие там еще душевные страдания? Меньше хамить старшим будет!
Маленькая женщина лет тридцати пяти, бывшая мамашей Гаврюхи, громко
возмутилась:
- Сами вы хам! Мой мальчик теперь не в состоянии посещать музыкальную школу! У него сильнейшая душевная травма! И, вообще, он у нас зимой в бассейн регулярно ходит – уплыл бы вовремя и сам!
- Уплыл бы?! - язвительно парировал Рындичевич, - Всплыл бы! Вернее, половинки от него бы всплыли!
- Ах, это невозможно! – схватилась за сердце чадолюбивая мамаша.
Судья раздраженно постучала по столу:
- Попрошу соблюдать тишину в зале суда! В свое время каждому из вас будет предоставлено слово!
Выдержав положенную паузу, судья продолжила:
- Слово предоставляется стороне ответчика – представителю Министерства по Чрезвычайным Ситуациям.
Юрисконсульт МЧС сменил на деревянной трибуне адвоката неосторожного
купальщика.
- Уважаемый суд, хотел юы поставить вас в известность, что ответчик – наш сотрудник Рындичевич Святослав Иванович, находился в районе дачного поселка со специальной конфиденциальной миссией. Справка об этом, подписанная заместителем министра МЧС, прилагается к материалам дела.
Встречники во главе со своим шефом были вызваны в кабинете замминистра МЧС
Воротилина Глеба Васильевича, лично курировавшего Экспериментальный спецотдел Багрий-Багреева, и держали ответ о последних событиях в отделе.
Воротилин с недовольным видом осведомился:
- Ну и чем закончилось судебное заседание?
- Удовлетворили иск потерпевшей стороны, - тяжело вздохнул Багрий-Багреев, - Правда, сумму компенсации снизили, до семи тысяч рублей.
- Как же это получилось э-э...Святослав Иванович? – укоризненно обращается Воротилин к проштрафившемуся Встречнику.
Рындичевич раздраженно пожал плечами.
- Что мне было делать? Эти сорванцы опять намеривались в реку залезть. Вот я и сделал им зарубку на память.
- Угу, - угрюмо кивнул замминистра, - Кто будет иск оплачивать? Министерство?
- Я вроде бы как на работе был... – начал было заводится Рындичевич, но начотдела сверкнул в сторону расходившегося подчиненного такими злыми глазами, что тот умолк на полуслове.
Багрий-Багреев постарался смягчить выступление проштрафившегося Встречника:
- Глеб Васильевич, методика действий в реальных Забросах только начинает отрабатываться – подобные накладки, по-видимому, неизбежны.
Куратор Экспериментального спецотдела бросил быстрый взгляд на остатки синяка
под глазом у Возницына и иронически улыбнулся.
- Почему же в тренировочных Забросах ничего подобного не происходило? Ни тебе, понимаешь, фингалов под глазом, ни показательных порок спасенных отроков?
- Потому как это уже реальные инциденты, - твердо ответил Багрий-Багреев, - И если бы не наши сотрудники, были бы и реальные трупы. А вот почему, все-таки, один из спасенных получил в конечном итоге сотрясение мозга, а другой – «моральную травму», то с этим будем разбираться в рабочем порядке.
- Что же, правильная постановка вопроса, - удовлетворено согласился Воротилин и поднялся из-за стола, показывая тем, что аудиенция окончена, - А, вообще, с боевым крещением вас, товарищи. Как-никак – две первые спасенные жизни. Так держать!
Встречники во главе со своим шефом тоже поднялись со своих мест и хором
ответили:
- Спасибо, товарищ заместитель министра!
Входная дверь внутри базового помещения Встречников открылась и туда
вошли Багрий-Багреев со своими Встречниками.
Телекамера, укрепленная на консоли под потолком, автоматически повернулась навстречу вошедшим людям.
Они уселись на свои места за столами, на которых стояли видеомониторы.
Несколько секунд они молчали, глядя друг на друга, а потом начался «разбор
полетов».
- Как самочувствие, Святослав Иванович? – ядовито спросил Багрий-Багреев, - Может, хоть теперь расскажешь честно – зачем ты выпорол мальчишку?
Рындичевич нахмурился.
- Ну, если честно – эти сопляки, когда я их выгнал из воды, стали кричать, что я сексуальный маньяк. Мне стало обидно, вот я и занялся их перевоспитанием.
Возницын с невинным видом закончил вместо своего напарника:
- За семь тысяч.
Рындичевич покосился в сторону коллеги, но промолчал.
Начотдела, собираясь с мыслями, протяжно произнес:
- Да-а-а...
Чемпион викторин обидчиво молвил:
- И, вообще, меня и не за такое в детстве пороли.
Бывший микроэлектронщик опять ввернул:
- И вырос человек.
- Ты бы помолчал – боксер! - отреагировал, наконец, Рындя на подколки коллеги.
Возницын инстинктивно дотронулся до своего уже практически зажившего глаза
и промолчал.
- Ладно, какие будут соображения по результатам ваших Забросов? – спросил начотдела.
- В смысле? – недоуменно спросил Рындичевич, - С задачей справились.
- Я хочу вернуться к обсуждению вопроса – почему возникли осложнения в ходе выполнения задач Забросов? – объяснил свои намерения Багрий-Багреев, - Синяк под глазом Возницына и сотрясение мозга его клиента, порка твоего подопечного и последующий суд.
Чемпион викторин пожал плечами и пробурчал:
- Гладко было на бумаге – да ходили по оврагам.
- Артур Викторович, у меня есть версия, - вступил Возницын, потом инстинктивно дотронулся до своего еще недавно подбитого глаза и продолжил, - Вот вы говорили, что коллективное поле психологической убежденности мешает изменять произошедшие события, и чем сильнее это поле – тем труднее что-либо откорректировать.
- Верно, - кивнул начотдела.
- Когда мы прибыли на остановку, - вел свое несостоявшийся рыночный торговец, - То
трамвай, в котором ехал мой клиент, уже ушел в парк. Пассажиров в нем было мало – но они были. Вы тогда еще предположили, что они должны были создать слабое психическое поле, которым можно пренебречь. Но пока я шел в заброс, они наверняка рассказали о случившемся домочадцам, по телефону родственникам и друзьям. То есть, создалось и быстро расширилось мощное психполе, чем-то похожее на лесной пожар, которое и могло ударить по мне и моему клиенту.
Возницын смолк, опять прикоснулся к своему пострадавшему глазу и вопросительно посмотрел на начальство.
- Что же, логично, - согласился Багрий-Багреев, - В следующий раз надо, по-возможности, более активно изолировать свидетелей и участников событий, дабы блокировать быстрое распространение «психического пожара».
Неоднократный чемпион викторин с завистью следил за высокоученым диалогом коллеги и шефа. Ему тоже хотелось блеснуть аналитическими способностями. И вскоре
он нащупал подходящую идею.
- Вот нас с Возницыным назвали гомосексуалистами – в двух разных случаях. Это тоже закономерность?
Но идея чемпиона викторин не сработала - напарник заулыбался, а начотдела хмуро посмотрел на Рындичевича и с досадой сказал:
- Ну, это больше закономерность состояния морали в нашем современном обществе.
Рындичевичу пришлось сконфуженно согласиться:
- Точно. Развелось пидоров видимо-невидимо.
- На сегодня – все, произнес Багрий-Багреев, поднимаясь со своего места, - Завтра у вас
выходной день.
Встречники, поднялись со своих мест вслед за начальством, тихонько откликнулись
- Ура!
Но начотдела продолжил, вынимая из своего стола две яркие коробки:
- У меня для вас сюрприз и можно сказать – подарок. С сегодняшнего дня вы оснащаетесь личными мобильными телефонами. Теперь вы должны с ними не расставаться ни днем, ни ночью.
Встречники, принимая картонные коробки и вскрывая их, прогудели уже гораздо
громче:
- Ура!
После чего чемпион викторин хитровато ухмыльнулся и обратился к начотделу:
- Артур Викторович, тогда, может быть МЧС предоставить нам с Саней парочку «мерсов»? Для полной гармонии к мобильникам?
Возницын и Рындичевич вышли из здания МЧС России и направились к троллейбусной остановке. В Москве полновластно царствовала отличная летняя погода.
Возницын обратился к напарнику:
- Какие планы на завтра? Может быть, махнем в Серебряный Бор? Покупаемся, позагораем.
- На работе – пляж, в выходной – тоже, - деланно вздыхает чемпион викторин, - Я уж лучше на футбольный матч пойду.
- А, что, верно. Стадион – место встречи настоящих мужчин, - подыгрывает напарнику Возницын, - Гомосексуалисты туда не ходят.
КОНЕЦ ВТОРОГО КИНОРАССКАЗА
(продолжение следует)
Самые распространенные и типичные прогнозы - www.ap7.ru/prognozy/samye_rasprostranennye_prognozy.html
